Персональный сайт Якова Ерманка - любопытного человека.




 

Персональный сайт Якова Ерманка

Меню
· Главная
· Обо мне
· Содержание
· Авторская
· Израильский дневник
· Мои истории за жизнь
· Туристскими тропами
· И. Долгополов Мастера и шедевры
· Мои стихи
· Бескрылки
· Мои рассылки
· Друзья
· Интересные ссылки
· Галопом по Европам
· Мои рассказы
· Ваши истории
· Фотографии
· Мои комиксы
· Гостевая книга
· Двенадцать евреев
· Про Экслера и не только
· Михаил Лезинский...
· О друзьях- товарищах...
· Мир Театра
· Была война
· Детская комната
· Как пользоваться сайтом
· Нет у меня другой страны
· Конкурс переводов
· Р. Слободчикова Не родись красивой...

Subscribe.ru


Потому что круглая земля
Чтоб вы так жили!
Мастера и шедевры


Объявления

Новые статьи
.: Через всю Францию к ...
.: Через всю Францию к ...
.: Монолог Нины (пр-ние...
.: Белая нить (пр-ние)
.: Заключение
.: Монолог Нины (пр-ние...
.: Белая нить (пр-ние)
.: Последняя любовь имп...
.: Монолог Нины(пр-ние)
.: Последняя любовь имп...

Хроника лихолетья (продолжение)
yakob : Была война...(1939-1945) : Комментарии[1] Суббота, 4 Июня 2005 - 18:37
Была война...(1939-1945)
РОМАН ЦИВИН

УЧЕНИК ТУПОЙ


Школа на другом конце посёлка. Три одноэтажных здания, большой двор. Эвакуированных детей гораздо больше, чем в кемеровских классах. И вольницы тоже. Списываю алгебру у товарища Володи Игнатьева. Он превосходный математик. Домой идём вместе, судим-рядим о войне, учителях, книжках, фантазируем, спорим. С тех пор так и повелось: лучший собеседник мой – спутник по дороге с учёбы, работы.

Приключений в школе хватало. Сидим за партами, слушаем что-то заунывное по ботанике. Ба – бах... Ухнуло с раскатом совсем рядом. Высыпали во двор. Окна в маленьком корпусе выбиты, крик детей. Что случилось? Мальчик принёс в класс запал от противотанковой гранаты. И осторожно ковырялся в нём пёрышком. Взрывом ему искарёжило руку, девочке опалило косы. Из саманного потолка упали на головы куски штукатурки. Вообще взрывчатки, точнее тола, вокруг полным полно. Жёлтые конусообразные его головки приносили со снарядного завода. Мы их бросали в костёр, и они долго горели.


На перерывах ребята курили. Крутили козью ножку даже из листьев, передавая её изо рта в рот. Подбирали чинарики (бычки). Главное было, как говорится, участие, а не результат. Но то, что выделывал Иса, не мог никто. Он заглатывал дым, как воду. А на уроке отрыгал его. - Кто курит?! Учительница бежала к задним партам. Иса сидел тихо с задумчивыми глазами. В седьмом классе появился ещё один фокусник. Он перегибал кромку уха пополам и образовавшийся уголок всовывал в ушную раковину так, что он там держался. Представьте эту сюрреалистическую картинку, человек без ушей. Не оглядываться на него невозможно.
«Банковать» научился как следует. Вместо школы отправлялся на речку Карасу. Играли там в лянду (подбитие стопой кусочка кожи с мехом и свинцовой прокладкой), метали перочинные ножи. Однажды заявился второгодник Кудряшов. Он был местный, лупил эвакуированных, плюха непременно мне. - Дай посмотреть ножик. Я затравленно отнекивался. Замечательный подарок асиного мужа, сволочь, отобрал. - Был твой, стал мой. Ещё ревёт, сука. Ближе к лету Кудряшов досадил всем. Собрались наши из разных классов и окружили верзилу. Он рванул гигантскими шагами и пропал во дворе. Обыскивали каждый угол. Я залез в груду старых поломанных парт и столкнулся с его волчьим взглядом. - Здесь он! Били его сколько могли. После этого обходил стороной его дом.

Невзлюбила меня учительница русского языка. Пять двоек подряд по грамматике. - Причастным оборотом называется причастие с зависящими от него словами. - А причастием? - Причастием называется отглагольное причастие... - Что? Опять! Причастием называется причастие. Тупее ученика не видела. Что с тобой творится. Этого я не понимал сам. Из-за учительницы еле закончил шестой класс. В седьмом пришёл новый учитель, москвич Николай Иванович. Он был ранен, припадал сильно на свой протез. Наступил праздник. Во-первых, о чём бы он не рассказывал, было интересно. Во-вторых, он неожиданно выделил меня. Писали изложение, что-то про войну, про подвиг солдата. Я сразу схватил сюжет и добавил кое-что от себя. На другой день на большой перемене прибежали ребята из 7-го «б». - Николай читал твоё изложение, расхваливал. Никогда не забуду урок на будущее, который он дал мне в восьмом классе. - Кто тебе нравится больше, Тургенев или Горький? Я догадывался, что он имеет в виду язык, художество, но покуситься на имя пролетарского писателя не осмелился. И ответил - Горький. Николай Иванович промолчал. Вскоре он возвратился в Москву.
Хожу в райпарткабинет читать подшивку «Правды». Увлёкся «Жан Кристофом» Ромен Ролана. Заведующая дала книгу на несколько дней домой.

В старших классах, со седьмого по десятый, учебный год начинался со второй половины октября. Школьники убирали хлопок в окрестных полях. Чтобы выполнить норму, надо родиться под здешним солнцем. Кололись стебли – гузпая, мы отрывали коробочки, вынимали из них ватки и бросали в мешок. Брали не умением, а количеством рук. Через год послали на виноград. Обрадовались, наедимся вдоволь. Жили в больших сараях, спали на тюфячках. Перед сном травили байки, разбивались на группки-кто с кем сошёлся. Неплохо, если б не голодно. Ужин не положен, кусочек хлеба и ... виноград. От него за день рот обкислен до невозможности, живот вспучен. Поначалу кидался к крупным гроздьям, чуть обтерев, выедал прямо на кусте. На уборке не хватало ножниц. Отворачиваешь шершавые листья, отламываешь упрямую ветку и в корзину. В совхозе виноград шёл на вино. Через неделю меня отправили на давильню. Ягоды ссыпали на решётчатую площадку, и мы ходили по ней босыми ногами. Не помню, чтоб ноги мыли, сок всё равно перебродит. Домой возвратился загорелый с облупленным носом и мешочком винограда.
Ребят 28-го года рождения ставят на учёт в военкомат. Мне осталось пару лет.

БУДНИ


В наших бедных квартирках стены голые. Впрочем, не висели картины и в довоенных. Житьё переменное, мебель казённая. Кушетка или дерматиновый диван с высокой спинкой, прикроватный нитяной ковёр, абажур над столом. В эвакуации интерьером служил плакат. Мать прикнопывала его к двери. Прямо напротив моей кровати «Воин Красной армии, спаси!» В. Корецкого. Отчаявшаяся женщина с ребёнком на руках, в грудь которого направлен кровавый фашистский штык. Некуда деться от её обжигающих ненавистью и горем глаз. На выставке сокровищ Дрезденской галереи в Москве при виде счастливой в своём материнстве Сикстинской мадонны Рафаэля пришёл на ум образ той руссской женщины. Сопоставлять плакат с гениальной живописью?! Но и с пустой душой не понять шедевра.

Когда выпадала оказия с транспортом (очень редко) бывал в Ташкенте. Автобусы почти не ходят. Если задержался в городе, лучше улечься на трамвайном круге, чем в ночь идти домой. Бандиты грабили и убивали. По слухам, они обитали в полуразрушенном доме на середине пути. Ташкент манил своей громадой. Экзотичен его Старый город. Узкие улочки среди глухих дувалов - глиняных с вкраплением камней заборов, заслоняющих по макушку дома собственников. Не минуешь Алайский базар с лучшими в мире дынями. - Паапробуй! Пахучий серпик на кончике ножа, на тоненькой шкурке обвисают сладчайшие кусочки. Похожие на точильный станок железные мангалы. Искусник жмёт на педаль, разгораются угли в удобной топке. Ветер разносит аппетитный дымок, скварчат на огне шашлыки. - Беери! Сколько-то у нас денег. Центр города. Широкие проспекты, площади с фонтанами, вдоль тротуаров густые деревья-карагачи. А Луначарское – это длиннейшая пыльная улица, проезжая часть которой замощена булыжником. На ней мы устраивали рискованные игры. Заворачивали кирпич, а то и два в бумагу. «Посылку» клали посреди мостовой. Редкий шофёр не останавливался перед случайной находкой. Но выбежавший из подворотни пацан забирал её под носом, и наутёк. Раздосадованный дядька за ним. Посылка ронялась. Схватив её, шофёр зверел от обиды. Кто-то всё же смеялся, матерились все. А иной гнался за лихим пацаном. Не дай бог, поймает.

Возвращаюсь из клуба домой. Санпропускник работает допоздна. Открываю дверь, включаю свет. В решётчатом окне огромная волосатая рука. Одновременно вскричал я и человек за окном. Он спрыгнул на землю. Я продолжаю кричать, угрожать, преодолевая свой страх. Побежал за матерью, забыв погасить свет, закрыть комнату. Наши убытки: скатерть со стола, ножницы, какая-то мелочь. Приобретение: толстая проволока загнутая крючком, обронённая вором.

Весной нам выделили пять соток. Землю отрезали у хозяйки Надежды Фёдоровны. Муж её пропал без вести, сыну Ване, 27-го года рождения остался год до призыва. Люди они дружелюбные. 14 лет, а я тшедушный, на военке предпоследний в строю. Вскапываю огород лопатой, выбиваясь из сил. Ваня помог. Сделали грядки. Вечером он кетменём отгрёб запруду, и прибывшая по разводке вода пошла на полив. Посадил я кукурузу, лук, потом помидорную рассаду. Всё всходило, цвело, созревало, не верил своим глазам. Спелые початки подсушили во дворе у наших благодетелей и ободрали на зерно. Ишак, запряжённый в двуколку, повёз мешок на водяную мельницу. Два каменных жернова истёрли зерно. Ползимы ели мамалыгу, на большее не хватило.
А Ваня исчез. Смешливый, мускулистый, загорелый до черноты, он и характером был схож с Цыганком из фильма «Детство» по Горькому. Забрался с корешами в совхозный сад к узбекам. Их накрыли, ребята убежали, Ваня не вернулся. Искали его долго. Преступление раскрыли только через год. Ваню схватили, зверски избили и оставили умирать в сарайчике. Потом перегородили арык, закопали труп глубоко в русле и снова пустили воду.


Мама вступила в партию, теперь она заведующая санпропускником. По частоте прибытия раненых, узнаём о наступлении. Обмундирование - в вошебойку. Кто может, принимает душ. Некоторым тут же делают уколы. Как-то мать пришла поздно ночью, хотя не было срочного дежурства. Разбудила. Вся взъерошенная, щёки горят. - Я должна поговорить с тобой. Ты уже большой. Вызвали в райисполком. В кабинет вошёл уполномоченный НКВД. Долго расспрашивал о семье, работе, о подругах и знакомых, говорил, что заслуживаю поощрения. Наконец, предложил сотрудничать с ним. Я отказалась. - Это ваш долг как патриотки. Улещал, а потом угрожал. Я плакала. Продержал до двух часов. Заставил подписать бумагу о неразглашении разговора. - А папу они не достанут? - Представляешь, он назвал Рахель, Ирочку, мол, они работают с ним. - Никому ни слова, сынок. Мы сидели на кровати, обнявшись до утра.
В клубе через день кино. Фильмы в основном довоенные. Из новых - «Свинарка и пастух», «Секретарь райкома», «Она защищает Родину», из американских - «Серенада Солнечной долины», «Полярная звезда» (советская жизнь в приукрашенном виде). «Два бойца» снимали в нашем городе. Кто-то громко засмеялся, когда в окопе под маскировачной сетью, похожей на рыболовную, Бернес запел.- Тёмная ночь, только пули свистят по степи. - В Ташкенте воюет. - Заткнись, - оборвали в зале.

Конечно, редкие здоровые мужчины, оставшиеся в тылу, кололи глаза. Был в госпитале такой человек Ефим Гардашник. Начальник госпиталя Нина Ивановна Терентьева говорила: «Без его хозяйственных способностей госпиталь завалится». Майор Негрей служил в училище нач.строевого отдела. Затем перешёл на ту же должность в полку и Победу встретил в Луначарском. Его украинская фамилия вошла в поговорку: не надо быть евреем, а надо быть Негреем.
Санитар Исаак Бинер не взят в армию из-за плохого зрения. Жил-был себе с женой в городке Злочев под Львовом. Сумел за золотое колечко подсесть в последний эшелон на восток. Вся его родня - 57 человек погибли от рук немцев. Толстенные стёкла в чёрной оправе, церемонные манеры, маму мою он тихонько звал « пани Ася». Однажды пригласил в гости. Белая скатерть, свечи, облачился в талес. Читает молитву на древнееврейском, повествует об исходе из Египта. -Извините, вместо мацы, саморобные вафли. Так я впервые познакомился с празднованием Пасхи. Подали кислосладкое жаркое. Среди всеобщей голодухи он достал мясо. Выходцы из Польши и Бессарабии, как правило, оборотистей других беженцев.


Второй фронт. Целых три года ждали его. Союзники высадились в Нормандии. 44-й год. Обычный июльский день. Покушение на Гитлера. Немедля представляю, Гитлер мёртв. Война закончилась. Сбегал в клуб. Закрыт. Что за индеферентность? С информацией в СССР всегда было туго. Только через несколько дней узнали, что бесноватый жив.

Бегут будни. Помнятся несчастья или удачи. Работница из санпропускника пригласила на своё сорокалетие. В посёлке у неё дом, корова. Подали отварное мясо, сметану, большой пирог. В пузатых графинах брага. Тосты за победу, за именинницу. Гостей человек пятнадцать, дочки хозяйки - погодки. Я расхрабрился и пил со всеми. Стало удивительно хорошо. Таня, одна из дочек, вывела на крыльцо. Она мне нравилась и знала об этом. - Ну что, дурачок, пьян. - Да ты что! Двор слегка покачивался, а настроение прибывало. Увидел открытую дверь сарая, рядом порубочный пень с воткнутым в него топором. Вырвал его. - Знаешь, сколько дров могу наколоть. Таня смеялась. Размахнулся, раз, два, и свалился. Вставать не хотелось и не нужно... Очнулся на чужой кровати посреди ночи. Далее были банальные страдания. - Больше никогда не будешь пить. Если бы...

Из узбекского языка надолго сохранились в обиходе расхожие словечки типа: «якши», «хоп майли» (порядок, хорошо). В первый год по наущению пацанов увлекался глупостями. Задаёшь охальный вопрос узбечке - ам бар? В ответ недоуменная бровь, отмашка рукой. Вообще, узбеки миролюбивы. Антисемитизма они просто не знали. В винсовхозе меня пожалел бригадир Усман, переведя на завод. Узбеки – советские люди, получали похоронки, трудились в поте лица, приняли на своей земле потоки беженцев, хотя никто у них разрешения не спрашивал. А вот национальную их музыку не переносил. Час за часом однотонная, она пилила душу.

В декабре 44-го года взяли меня в ташкентский кинотеатр. Не помню, какой фильм смотрели. Все впечатления стёр анонс. На втором этаже по большому зеркалу наискосок было написано: «В шесть часов вечера после войны». Сердце захолонуло. Где-то точно знают, что война закончится. Скоро четыре года как мы слышим - враг будет разбит, победа будет за нами. Будет - а тут жизнь после неё.

К нравам тылового быта приспосабливались животные, чтоб раньше срока не зарезали. В посёлке бегал по улицам старый козёл. Такой вонючий, что запах от него стоял в воздухе. Главное его оружие - нападение. Бодал любого, кто нарушал вычисленное им оборонительное расстояние. Коровы вероломны, того и гляди подденут. Залез я на яблоню. Объедаюсь, вдруг вижу рубашку мою на нижней ветке корова жуёт. Барабанил её яблоками, гнал палкой, она огрызалась, проклятая, и только в конце сада выпустила добычу. Изжёванная рубашка была, как дуршлаг.
Случай с лошадью обязал к милосердию. Она провалилась в заброшенный канализационный колодец. Госпитальные рабочие попытались вытащить несчастную. Спустились по скобам с верёвками, продеть их под круп не удалось. И тогда не нашли ничего лучшего, чем положить на яму несколько досок и вбить пару кольев вокруг для предосторожности. Люди разошлись, зрелище закончилось. Лошадь храпела, шумно выдыхая воздух. Я убежал. Неведомая сила тянула обратно. На юге темнеет быстро. Роковое место нашёл по звуку. Иия, иия, - выпевала лошадь. Смерть не шла. В «Холстомере» Л. Толстого старый мерин задрёмывал под мелодию точения драчом ножа. Ему легче. Ночью я почти не спал. Рано утром был на месте. Чуть поддувал ветерок. Чернели щели между досками. Тишина. Показалось, лошадь почуяла меня, - иия.
Вспоминаю Ташкент военной поры, и вздох этот бесконечный при мне.
Дальше

михаил
28/06/2005 - 13:42
ЯКШИ,РОМАН

* Ваше имя:
Ваш e-mail:
Ваш URL:
* Комментарий:


Архив статей
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   
» Декабрь 2018

Разделы
Ваши истории
.: Осенние мотивы
.: Любовь и проблемы с ...
О друзьях, товарищах...
.: Через всю Францию к ...
.: Через всю Францию к ...
Галопом по Европам
.: "И Африка нам не нуж...
.: Последний приют
Фотографии
.: Ледяные цветы
.: Михаэль и Татьяна Че...
Детская комната
.: Чудесное перевоплоще...
.: Сказка о Лени
Р. Слободчикова Не родись красивой...
.: Заключение
.: Последняя любовь имп...
Обо мне
.: В жизни раз бывает.....
.: Мои университеты
Мои комиксы
.: Маевка. Часть 2
.: Маевка. Часть 1
Мои истории за жизнь
.: Поздравляю!!!
.: Как мы "крышей" обза...
Про Экслера и не только
.: Ответный визит (окон...
.: Ответный визит
И. Долгополов "Мастера и шедевры"
.: Эпилог
.: Живопись и музыка
Бескрылки
.: Первая десятка
.: Конкурс
Авторская
.: С НОВЫМ ГОДОМ!
.: Поздравляю!
Форум
.: Как пользоваться сай...
Мир Театра
.: Чокнутые
.: Мифами Одессы ОЧАРО...
Двенадцать евреев
.: Зигмунд Фрейд - хрон...
.: Зигмунд Фрейд - хрон...
ФОРУМ
Туристскими тропами
.: Командировка в КНДР
.: Уик-энд на побережье...
Нет у меня другой страны
.: Моя лошадка
.: Не хорошо человеку б...
Конкурс переводов
.: Искусство и праздник...
.: Роль картины «Крик» ...
Мои рассылки
.: Мои рассылки
Израильский дневник
.: Шалом, Израиль! (око...
.: Шалом, Израиль! (про...
Михаил Лезинский
.: «Жизнь занимательных...
.: Севастополь литерату...
Была война...(1939-1945)
Была война...(1939-1945)
.: С Родиной в сердце!
.: Светка
Гостевая книга
.: Гостевая книга
Мои рассказы
.: Открытки из прошлого...
.: Открытки из прошлого...
Друзья
.: Друзья
Мои стихи
.: А мы уже на "Вы"...
.: Невидимая ноша
Интересные ссылки
.: Интересные ссылки
Содержание
.: Не родись красивой.....
.: Конкурс переводов


 
Яндекс цитирования Каталог лучших ресурсов Интернет
Рейтинг@Mail.ru

1,2,3,4,5,6,7,8,9,10,11,12,13,14,15,16,17,18,19,20
21,22,23,24,25,26,27,28,29,30,31,32,33,34,35,36



© Персональный сайт Якова Ерманка.   E-mail: yakob-e@tut.by